Корреспондент "Железного Марша" подловил Борова, Кирилла и Тритона на базе в момент обсуждения ими какого-то tattoo-журнала. Более благоприятного повода для интервью найтись не могло...

Корр. - Как и когда начиналось ваше увлечение татуировками; почему вы решили, что нужно начинать что-то делать на себе?

Боров - Сначала возник интерес к самому процессу действия - такой элемент игломании присутствовал. Хотелось делать рисунки, но поскольку это такая вещь, которая ластиком не стирается, то старались подойти к данному вопросу серьёзно. Потом, по мере приобретения опыта, элемент серьёзности пропал. Что касается самих рисунков, то я воспринимаю их на подсознательном уровне, поэтому многие из них - почти абстракция. Человек со стороны может вообще ничего не понять. Естественно, присутствуют различные атрибуты типа черепов, ибо они близки нам по духу нашей работы с этими стихиями и энергиями.

Корр. - Как на сегодняшний день ты воспринимаешь свои татуировки: как некий набор отдельных элементов или же как одну единую картину на теле?

Боров - В общую картину это пока не вылилось. Получилось так, что с течением жизни на моем теле проявились определенные знаки - внутри меня было нечто, что оформилось визуально и имеет внутри меня целостную основу. Если когда-то проявится все, то это будет целая завершенная картина. Вот, например, Рому Костыля этот процесс уже начал охватывать, потому что он больше времени уделял данному вопросу. Зато я пришел к началу собственной деятельности - начал сам колоть. Это оказалось очень интересно.

Корр. - Расскажи о каких-нибудь конкретных знаках, что проявились на тебе, и как ты их сам понимаешь на подсознательном уровне?

Боров - Когда ты чем-то увлекаешься, то что-то изнутри движет тобой, подогревает твой интерес. Вот, например, я занимался древнерусской языческой историей и, естественно, сталкивался с какой-то шаманской символикой. Я заметил, что эти рисунки отражают часть моего собственного восприятия мира. Вот у меня на левой руке как бы русская народная композиция, где есть такой сюжет: человек ползает по священному Древу Жизни. И человек постоянно тусуется по этому древу то вверх, то вниз... В данном варианте он находится ближе к корням, хотя это и не значит, что он приземленный человек, он пытается проникнуть в истоки существующего. А над ним находится Грифон. Грифон - это животное, олицетворяющее в себе близость Человека с Богом. А выглядит он так; тело льва, а голова орла. Грифон - идеальный вариант, к которому человек всегда стремился. От корней, от истоков - к полету при существующем материальном теле. Ну и, естественно, здесь присутствует вода - элемент очищения. К тому же вода здесь изображена в огненном окружении. То есть на этой картине отражены все стихии Земли, в которых я живу. Большинство остальных татуировок также появилось под влиянием увлечения различными традициями. Также было интересно наблюдать схожесть различных национальных традиций. Так, скандинавские культуры очень схожи с древнерусской, но более суровы и строги. Южные же культуры более легкомысленны. Так, одно из наиболее легкомысленных проявлений на мне - это китайские драконы. Правда, здесь присутствует еще и элемент психоделии, так как эти драконы состоят из разноцветных шариков - Вселенных.

Корр. - Прошло уже несколько лет с тех пор, как ты начал заниматься наколками. Как ты сегодня считаешь, стоило ли вообще все это начинать?

Боров - Ну, я думаю - да. Ведь я делал это с учетом того, что я не обломаюсь в будущем. Я никогда не совершаю поступки, о которых потом буду жалеть, по крайней мере - стараюсь.

Корр. - Были ли в твоей жизни истории, когда татуировка чему-то либо серьёзно помогала, либо наоборот - мешала?

Боров - Конечно. Когда ты едешь в поезде и вышел покурить, а к тебе подходит какой-нибудь мужик-уркаган и начинает расспрашивать. Понятен его интерес. Но ты видишь, что он относится к татуировкам совершенно по-другому. Немного сложно общаться с людьми, которые знают только об одной стороне этого дела и относятся к татуировкам на примитивном уровне. Это неприятный аспект. А приятный аспект в том, что когда более законопослушные граждане видят всё это, то они сразу составляют о тебе какое-то мнение, неважно - хорошее или плохое. И масса вопросов отпадает. Бывает проще передвигаться по каким-то местностям, но обычно об этом не думаешь, ибо татуировки - они не для показа сделаны, а для себя.

Корр. - Многие делают татуировки, исходя из сексуальных соображений. Были ли подобные аспекты в твоей личной практике?

Боров - Для меня в этом вопросе связи с сексом вообще никакой нет. Подобные приколы возникают, когда у человека недостаток сексуальной энергии. Это делают те, кто бездумно занимается сексом; те, кому нужны какие-то фетиши, чтобы возбудиться. Это даже элемент мазохизма. У меня же таких проблем никогда не было.

Корр. - Вопрос к тебе как к многоопытному человеку. Насколько болезненен процесс забития кожи?

Боров - На первых порах это довольно болезненно, а также много зависит от части тела. На руках и мягких частях почти не больно, а на животе и на груди очень неприятно, так как там расположено много нервов, и как только начинаешь колоть, тебя тут же начинает дергать, как от электрического тока. Поэтому многие перед забивкой бухают.

Корр. - Бывало ли такое, что ты отражал в татуировках какие-то реальные, сильно запоминающиеся, значительные события твоей жизни?

Боров - Нет, мои татуировки к существующему времени не имеют никакого отношения.

Корр. - Не ослаб ли у тебя на сегодняшний день интерес к татуировке?

Боров - Да нет. Просто все как бы разложилось по полочкам. Я пришел к таким "теневым" татуировкам - меня больше не привлекают конкретные картины. Это нашло свое отражение в стиле нашей с Кириллом работы - татуировка наносится этакими темными полосами, из которых получается какой-то рисунок. Своеобразная такая графика.

Корр. - Кто был инициатором рождения татуировочного салона: Кирилл или Боров?

Кирилл - У меня не было никогда такой концепции, что я должен создать свой татуировочный салон. Просто однажды, решившись сделать машинку, я ее сделал. И в нужный момент, когда у меня в гостях находился Боров, я предложил ему сделать татуировку новой машинкой. Возникло джентельменское соглашение обменяться татуировками, и тут же были нарисованы картинки.

Боров - Так у меня появилась картинка "Грибной Винт".

Кирилл - А моя татуировка является своеобразным щитом.

Корр. - Кирилл, твои будущие татуировки будут как-то связаны с твоей работой в шоу-бизнесе, с образом Люцифера?

Кирилл - Шоу-бизнес - одно, а татуировки - другое, я не хочу, чтобы мое творчество от чего-то зависело. В свое время такой известный человек, как Женя Крикун, испробовал на Костыле новую тушь, которая, несмотря на все заверения в качестве, сошла через две недели после внедрения в кожу. И вот недавно я успешно провел на теле Романа реставрационные работы.

Корр. - Вы с Кириллом начали сами колоть татуировки. Скажи, это имеет только какое-то локальное значение (для близких знакомых, отдельных личностей, музыкантов) или же к вам могут обращаться самые обычные люди, фэны, например.

Боров - Если бы мы были миллионерами, то может быть, делали бы всем подряд. Близким друзьям делаем бесплатно, а так - за минимальную плату, чтобы окупить краску, машинку... Так что можно обращаться прямо ко мне или к Кириллу, либо в КТР.

Корр. - Существует ли у вашего салона некий набор готовых эскизов, образцов татуировок, так сказать, пресс-релиз, и может ли человек обращаться к вам со своими эскизами?

Боров - Дело в том, что мне не хотелось бы повторяться. Самое большое, что меня отталкивает от татуировки, как от работы - это почти постоянное присутствие ширпотребовских элементов. Я бы хотел, чтобы это было творчеством... Человек, конечно, может прийти к нам со своим рисунком, но мы хотели бы заранее сказать, что будем придерживаться своей графической концепции, своего лица. Вообще такое стремление к графике сродни индейским традициям. Кроме того у каждого человека существуют центры, на которых он может концентрироваться, но многим людям не хватает энергетики, чтобы самим на этих центрах концентрироваться. А если такие места проявить, обозначить на теле в виде татуировки, то человеку будет проще...

Корр. - Есть пример, что кому-то уже стало легче?

Боров - Вот Тритону очень хорошо сейчас. У него наступила стадия прозрения. Сейчас он постепенно выходит из состояния зомбирующего молотка. Сконцентрировавшись на этих рисунках, он понял, что не все в жизни так просто.

Корр. - Тритон, скажи, что на тебе нарисовано?

Тритон - Пока у меня только две татуировки. Первая - изображение человека, задавленного катком асфальтоукладчиком. Это очень печальная история. Мне было тогда пять лет от роду. Я играл в войну во дворе дома. Неподалеку клали асфальт. И пьяный водитель катка, засмотревшись на подтягивающую колготки смачную телку, раздавил своего напарника, который тоже глазел на эту бабу. Силуэт раздавленного работяги в оранжевой робе навсегда врезался в мое сознание. Со вторым символом все не так просто. Я просто почувствовал, что он именно таким и должен быть. Я даже не знаю, что он означает, но этот полуиероглиф-полу-еще-что-то мне совершенно необходим. Кроме того, обе татуировки напоминают наскальные рисунки первобытных людей.

Корр. - Как твоя жена отнеслась к татуировкам?

Тритон - Сначала около часа разглядывала и ругалась, а потом она врубилась и сделала мне минет.

Корр. - Классический вопрос. Ближайшие планы на поприще tattoo?

Боров - Я собираюсь развить на себе индейскую тему. Рома Костыль будет заниматься наведением последних штрихов (добить, докрасить, доработать, закончить). А еще иногда смотришь на человека и врубаешься, что ему надо сделать. Таким образом появились татуировки у Тритона - мы с Кириллом вдвоем прошлись по нему.

Кирилл - Вот Володьке-Хоббиту мы с удовольствием сделали бы что-нибудь, но он всячески отбрыкивается пока. И еще ожидает своей очереди Серега Лысый.

Боров - Хоббит пока не пришел к сознанию татуировки и копает пока огород.

Кирилл - Мы собираемся возить с собой в поездку все необходимые прибамбасы. Получится выездной tattoo-салон.

Боров - А также разработаем систему эскизов, чтобы все происходило в течение получаса. И фэны во время гастрольных поездок смогут к нам обращаться.

BladeR
"Железный Марш" №10, 1994 г.